RRu (rruben) wrote,
RRu
rruben


В таком ритме прошло четыре для, в пятницу вечером после тренировки у Отаке-сенсея вся группа переезжала в Токио, однако мы с Олегом решили не ждать вечера, а поехать прямо днем. Выяснив дорогу на ресепшне отеля вы на всякий случай спросили двух парней на вокзале как нам проехать (один из них знал английский, так везет не всегда) и потом долго с удивлением выслушивали, как добраться туда и туда, где сделать пересадку (не поверите, в Токио!) и напоследок получили вырванный из блокнота листок, в котором скрупулезно перечислялись выписанные из специального приложения на айфоне начальные и конечные точки движения по английски и японски с точным временем отправки и прибытия. Попытка выяснить, зачем нам делать пересадку в Токио если мы едем в Токио и оно, по идее, является целью нашего маршрута разбилась таки о языковой барьер, поэтому мы плюнули на этот вопрос и поехали.

Все дома в Токио разные, зачастую попадаются и вот такие оригинальныеПозже выяснилось, что строго говоря Токио это не город, а название префектуры, на которой располагается ряд административных областей, каждая со своим названием (поэтому это название так забавно исчезает с Google Maps при увеличении). Некоторые из них в совокупности представляют собой то, что мы называем "город Токио", но сами японцы называют Токио конкретный район возле вокзала в восточной его части, на котором нам, собственно и надо было сделать пересадку.

Поэтому указания на листочке оказались совершенно верными и уже через час с небольшим мы оказались в районе Синдзюку, где располагались наши отели и Хомбу Додзе - штаб-квартира федерации Айкидо Айкикай. Однако если свой отель я предусмотрительно отметил на картах Google (почему-то забронировал не тот отель, в котором останавливались все, а другой, но он оказался даже лучше), то отель Олега не отмечал. И адреса его у меня толком не было, примерно представлял только где он находится на карте. Пришлось снова спрашивать местных жителей.

Первая же встреченная тетушка английский практически не понимала. Однако это не помешало ей позвонить кому-то, кто понимал (у меня сложилось впечатление, что это чуть ли не специальная служба как раз для таких случаев), выяснить в специальной программе на смартфоне адрес отеля и попытаться вызвать нам такси до него. На этом месте мы дружно начали сопротивляться, но неугомонная тетушка отвела нас к ближайшему полицейскому участку (размером немногим больше наших будок у шлагбаумов), обитатели которого указали нам путь до нужного адреса. Она явно собиралась провожать нас и дальше, но большое количество самых вежливых поклонов таки сделали свое дело.

Удивившись этому случаю (совершенно типичному, как выяснилось впоследствии) мы без труда нашли отели и бросив вещи пошли гулять по городу. И, откровенно говоря, он действительно производит впечатление. Вдоль широченных улиц стоят очень плотной застройкой жилые и офисные здания, в принципе не слишком высокие, от десяти до двадцати этажей, но все совершенно разные, а за ними, во второй и третьей линии, здания поменьше. Местами в удалении от основных улиц жилая застройка спускается до двухэтажных зданий почти деревенского типа, как и в Нарите. Примерно по такой типично азиатской улице улице пролегал путь от отеля основной группы к Хомбу Додзе – с какими-то развалами, домашними магазинчиками, общественной прачечной и т.д. Этот контраст очень удивляет и дополнительно усугубляется тем, что в любой момент совершенно в любой части города за очередным поворотом можно обнаружить малюсенький храм, прудик с карпами и другие прилагающиеся к нему строения. А местами меж огромных зданий можно встретить совершенно неизвестно каким образом сохранившуюся хижину минимум двухвековой давности.

Синтоистские храмы можно узнать по изогнутой, как шлем самурая, крыше над входомТаким представился нам Токио с первого взглядаВот такого контраста на улицах Токио очень много
Суббота утро, мы встречаемся без десяти шесть чтобы пойти в Хомбу Додзе – я не знаю дорогу, а на карту полагаться не хочется. Здание додзе больше, чем домашний тренировочный зал Отаке-сенсея по Катори, но не слишком велико – почему-то мне казалось, что одно из самых популярных в мире боевых искусств должно иметь штаб-квартиру побольше, с несколькими большими залами на несколько сотен человек. Здесь зала два: явно переполненный третий этаж, на котором тренирует Досю, глава федерации и внук Морихея Уэсибы Моритеру Уесиба, а также второй этаж для учеников.

На третьем этаже тренировки часто начинаются с сувари-вадзаТренировки на третьем этаже мне пока не полагаются, да и делать там нечего до первого дана, поэтому я иду на второй, тренировки в котором начинаются на полчаса позже - в семь утра. Вопреки ожиданиям около половины ожидающих сенсея учеников были в хакамах, однако это ни на что не влияло - предсказать уровень того, с кем встаешь в пару, было совершенно невозможно. Кто-то с трудом делает никкё или ирими нагэ, а кто-то наоборот обладает каким-то совершенно нереальным профессионализмом (такие чаще всего приходили с третьего этажа после окончания своей тренировки). Также совершенно фантастическое впечатление оставляли преподающие сенсеи, даже самые молодые. У меня недостаточно опыта, чтобы комментировать подробно, но легкость и естественность выполнения техник просто потрясающая. И, что интересно, финальный бросок у всех очень мощный, прямо на удивление.

В залах, как на первом, так и на втором этаже часто присутствуют иностранцы, и вот их владение айкидо предсказать как раз было достаточно просто – в подавляющем большинстве это хорошая жесткая техника, похожая на стиль многих в нашем московском зале.


Наш отель в Нарите назывался APA Hotel, но представитель этой сети в Токио на картинке значительно дороже. Мой отель находится напротивВысоких зданий те так уж много, но в целом впечатление остается все равно монументальное, возможно из-за плотности застройкиНочью Токио ярко горит
Каждый день, кроме воскресения и праздников в Хомбу додзе проводится одна-две тренировки утром и столько же вечером, поначалу я старался посещать все, а остальное время посвящал изучению города. И, надо сказать, он оставлял совершенно инопланетянское впечатление. Дело было явно не в архитектуре и смешении стилей, и даже не в количестве народа на улицах, хотя его действительно очень много. Сначала я думал, что это из-за обилия реклам и вывесок на японском языке, однако в других странах, в том числе и азиатских, такого ощущения не возникало. Истина неожиданно открылась при покупке пакетика фисташек в магазине – все орешки чуть ли не одного размера, аккуратно и совершенно одинаково расколоты, ни малейшего следа шелухи, не говоря уж о пустых скорлупках или выпавших из скорлупы орехах. И тут до меня дошло – да тут же в Японии все такое! Похоже что японцы просто не могут сделать что-то плохо, если могут лучше. Именно поэтому они не выращивают дешевую говядину и не могут не оказать помощь иностранцу, пусть даже и излишнюю. Замысловатое развитие закрытой японской культуры в сочетании с влиянием традиционного синтоизма и буддизма привело именно к такому результату – большинство японцев просто не могут сделать что-то хуже, чем это было возможно.

Японцы стараются занять все доступное пространство, дома вот такой ширины совсем не редкостьЭто напоминает всем нам знакомый перфекционизм, однако есть принципиальная разница – западный перфекционизм предполагает в первую (и единственную) очередь безупречный результат чего либо (которого, как известно, не бывает), однако японцу сам результат достаточно безразличен, как и чьи-либо его оценки. Единственное, что его по настоящему интересует – сам процесс, его собственная субъективная оценка этого процесса, сделал ли он для достижения результата все, что мог. Именно поэтому он не может отказать в помощи – в момент вопроса спрашивающий становится частью пути японца по жизни и он сам себе обязан сделать все, чтобы с честью эту часть пути пройти. Этот принцип накладывается в Японии даже на нормы языка – чем длиннее фраза, чем больше работы совершает при ее произнесении человек, тем она вежливее. В современном японском языке отсутствует слово "нет", оно атрофировалось за ненадобностью и считается устаревшим и очень невежливым.

Пресловутое "японское качество" стоит на этом принципе – японцы просто не позволяют себе делать халтуру (в чем, надо сказать, их замечательно поддерживает собственное правительство, устанавливая огромные пошлины на импорт). Нет никакой разницы, кем работает японец – поваром, официантом, полицейским или уличным рабочим – в любом случае он будет делать свою работу максимально качественно. Поэтому в сфере обслуживания здесь не просто не принято оставлять чаевые (как в Исландии или Швеции, например), все куда серьезнее – попытка их оставить будет воспринята как личное оскорбление:
«Я и так хорошо делаю свою работу и беру за нее справедливую цену, предположение, что я хорошо работаю ради дополнительной оплаты оскорбительно!»

Поначалу кажется, что это слишком фантастически хорошо, чтобы быть правдой, однако у этого подхода есть и минусы, причем значительные. Дело в том, что все, что оказывается за пределами этого личного "пути" японцев совершенно не волнует. Со стороны это выглядит как будто все вокруг совершенно нелюбопытны, вплоть до легкой аутичности, от чего и возникает это странное ощущение нереальности происходящего.

Вот например метро Токио, одна из самых развитых городских транспортных сетей в мире, состоящая из двух наложенных друг на друга сеток - подземную и надземную. На картах эти сетки довольно вяло пересекаются и если на подземной части еще можно увидеть отголоски второй в виде бледных линий и, особенно, в виде пунктирной "кольцевой линии" (схема наземных линий вообще напоминает cхему московского метро), то на наземной схеме линии подземной части не обозначены вообще никак.

Карта токийского подземного метроЭто не слишком доступно, однако разобраться все-таки можно, по крайней мере со временем. Однако сами японцы в этой всей структуре тоже совершенно не разбираются – если вопрос выходит за рамки их ежедневного маршрута, то спрашивать что либо практически бесполезно. Тем не менее, согласно их внутреннему дзену отказать в помощи они тоже не могут, поэтому мучаются, лазят в телефоне, ходят смотреть на различные схемы, а потом пытаются сформулировать на незнакомом английском результат своих изысканий, причем прервать этот процесс тоже уже невозможно, так как по их логике они должны сделать все возможное и точка.

В результате получается парадоксальная картина, что дорогу куда-либо в Токио надо спрашивать у иностранцев, они по крайней мере смогут ответить на понятном языке. Причем похоже многие эту простую истину уже усвоили – даже у меня за две недели спрашивали дорогу несколько раз.

Тренировки на втором этаже проходят по стандартной схеме – разминка с обязательным ушира укеми, далее сенсей показывает с кем-то из зала какую-нибудь базовую технику (практически всегда первой идет сихо нагэ от катате дори), ученики разбиваются на пары и отрабатывают технику, а сенсей ходит между пар и показывает на практике. Пары распределяются случайно, можно пригласить любого, однако ассистенты сенсея и предположительно высокие даны в хакамах разбираются очень быстро, так что тут надо либо обладать достаточной наглостью и быстро бегать, либо заранее подсаживаться к сильному соседу и надеяться на удачу (кстати забавно, что на третьем этаже принцип другой – партнер выбирается один раз на всю тренировку). Пар довольно много, сенсей долго обходит тех, кого хочет, поэтому за час удается отработать лишь четыре-пять техник. Если времени остается достаточно, то заканчивают тренировку с кокю-хо.

Со временем из сумбурных впечатлений от тренировок выделились их четкие отличия от наших. Во первых, японцы практически не используют ушира укеми, по крайней мере в том виде, в котором это делаем мы – перекатом назад через спину с выкидыванием задней ноги. Вместо этого практически при всех бросках используется ёко ушира укеми – перекат спиной перпендикулярно направлению падения, с обязательной отбивкой задней рукой и широким махом передней ногой таким образом, чтобы она стала задней опорной. Без дополнительного импульса поначалу производить такую страховку довольно непросто, однако на практике она получается без всяких усилий, особенно при мощном броске.

Вот так выглядела дорога к Хомбу Додзе от моего отеля в пол шестого утраУ нас зачастую бросок сихо нагэ производится от себя по широкой траектории, здесь же даже начинающие стараются с тэнканом бросать практически вниз, как это делается при удержании. Также достаточно часто я замечал, что многие стараются сделать какой-то болевой при удержании на иккё, однако содержания его уловить так и не смог – то ли это вращение локтя в одну сторону, а кисти в другую, то ли болевой на локоть по типу гогё, то ли просто пережатие основания трицепса.

Японцы очень серьезно относятся к ритуальным действиям: поклонам при входе и выходе из зала, при приветствии в благодарность партнерам и сенсею. Все поклоны делаются только с колен, причем когда сенсей демонстрирует технику с твоим партнером также полагается сидеть в сейдза. После окончания тренировки считается вежливым поклониться всем партнерам, с которыми занимался, что не так то просто, учитывая одинаковость японцев на наш взгляд. Причем мы, в свою очередь, для японцев также на одно лицо, как-то раз после тренировки у Ямада-сенсея впесте с группой японских детей бедные дети отчаялись узнать в лицо всех, с кем тренировались и просто начали кланяться всем по очереди :)

Подавляющее большинство японцев имеет очень хорошую растяжку, что особенно видно на разминке, разница настолько впечатляющая, что даже расстраивает, причем сильно. В остальном техника примерно такая же, как и у нас, вернее не совсем так – разнообразие вариантов гораздо шире. Кто-то может быть совершенно невесомым, практически до отсутствия, кто-то наоборот излишне жестким, причем внешне это никак не вычислить. Однако создается впечатление, что со временем все приходят к какому-то общему знаменателю, разница сглаживается и остается лишь в виде личных уникальных черт, собственного стиля. А пока этого не произошло каждый продолжает спокойно заниматься в удобной ему манере, очередной раз подчеркивая своеобразие японского подхода.

Открылся секрет и такого большого количества женщин в хакамах с белыми поясами. Оказывается просто штаны от формы считаются тут чуть ли не аналогом нижнего белья, поэтому женщинам разрешают надевать хакамы практически сразу с начала тренировок. Поначалу это сильно дезориентирует – думал придется стараться чтобы слишком стыдно не было, а приходится наоборот рассказывать как накладывать руку на коте гаеши.


Ворота тори постоянно встречаются в японии, отмечая дороги к храмамНе смотря на явный дефицит земли в Токио очень много парков и скверовБочки с саке от разных производителей, по праздникам их открывают
В нашем расписании в Токио было два дня, в которые небыло тренировок: воскресение 17го марта, выпавшее как раз на «Ирландский праздник» – день Святого Патрика и в «День Весеннего Солнцестояния» – национальный праздник Японии 20го марта. Первый мы с Глебом Ионовым и Олегом Осипенко потратили на изучение города в сопровождении моей знакомой, постоянно живущей в Японии. Посетили один из храмов с парком при нем, живописный пруд с аутентичным сквером в окружении небоскребов, ирландский паб (куда ж без него! мы даже на улицах Токио пьяных ирландцев смогли найти), а также смотровую площадку старой Токийской телебашни. К сожалению, она расположена достаточно низко, наблюдатель оказывается преимущественно окружен небоскребами, однако в просветы между ними виден живой город, простирающийся до самого горизонта, тогда как, например, гораздо более высокая смотровая площадка Бурдж-Гуруб в Дубаи впечатляет куда меньше за счет совершенно мертвого нежилого города вокруг.

Первая токийская башня была спроектирована по мотивам ЭйфелевойТокио в этом смысле точная противоположность – улицы заполнены народом, каждый магазин и забегаловка если и не полны клиентов, то как минимум не пустуют. Возможно это ошибочное мнение, но у меня возникло ощущение, что районы города подвержены некоторой специализации: торговые центры Шибуи, поражающие количеством пешеходов (когда на зеленый свет огромные толпы переходят перекрестки во всех направлениях одновременно это действительно впечатляет), район компьютерных барахолок Акихабара (чем-то напоминающий наш Савеловский), супермаркеты игрушек у станции Шинбаши, спортивные магазины в окрестностях Суидобаши, как традиционные, с обилием мечей и амуниции, так и обычные, веселящие фотографиями японских бодибилдеров, нарастивших горы мышц на свои типично-японские субтильные скелеты.

Кстати о магазинах мечей – заходили мы и крошечный (так и хочется сказать «подпольный», но на самом деле просто малоизвестный) магазинчик артели, делающей хорошие и недорогие мечи. Алюминиевые конечно, покупка настоящего меча в Японии это отдельная и весьма длинная история. Процесс походил на какой-нибудь фильм – долгое блуждание по переулкам, малюсенькая каморка под лестницей, почти целиком заваленная ящиками, осмотр и оценка образцов товара, доставаемых откуда-то из-под стола, грандиозные скидки и, как финал, закупка промышленной партии мечей для заказавших в Москве. Вот, оказывается, зачем мы меняли столько деньжищ в аэропорту.

Отличный пример смешения стилей: традиционные строения вокруг живописного пруда на фоне современных зданий и небоскребов на заднем планеМагазинчик японского оружия не слишком похож на магазин, скорее на стол заказовСмотровая площадка не очень высоко, но все равно вид отличный
Tags: foto, japan
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments